The KISS principle

Замятина я при переезде положила отдельно ото всех остальных книг.  утром отрыла ее в коробке с документами. как-то.. цепляет очень. про душу:

Так вот — плоскость, поверхность, ну вот это зеркало. И на поверхности мы с вами, вот — видите, и щурим глаза от солнца, и эта синяя электрическая искра в трубке, и вон — мелькнула тень аэро. Только на поверхности, только секундно. Но представьте — от какого-то огня эта непроницаемая поверхность вдруг размягчилась, и уж ничто не скользит по ней — все проникает внутрь, туда, в этот зеркальный мир, куда мы с любопытством заглядываем детьми, — дети вовсе не так глупы, уверяю вас. Плоскость стала объемом, телом, миром, и это внутри зеркала — внутри вас — солнце, и вихрь от винта аэро, и ваши дрожащие губы, и еще чьи-то. И понимаете: холодное зеркало отражает, отбрасывает; а это — впитывает, и от всего след — навеки. Однажды еле заметная морщинка у кого-то на лице — и она уже навсегда в вас; однажды вы услышали: в тишине упала капля — и вы слышите сейчас...

Россия на улицах всёравно чемпион, фалажки, воткнутые под дворники, сиротливо развеваются на ветру и трезвые мужья-жены с триколором на щеках вздыхая вылазят из машин. Ни грома с ливнем, ни неистовых оров. НО. 
Акинфеев - умничка умничка умничка.
Юрий, а Вас я просто люблю.

Всё-таки не зря с температурой попёрлась в прайм. Есть несколько предложений.
Ну во-первых, всегда бы так. Чтоб не со злости в пробках и на перекрестках в друг друга бибикали, а приветливо от счастья и гармонии внутренней. Чтобы мирные и с флагом, а не гоповатые и с пивом не раз в 2 года ходили по улицам, а каждый день. Хорошо ведь.

Чтобы болельшики с цилюлитными пузиками не в бар, а на стадиончики с мячом. Поддержать отечественный спорт.

А для красоты можно бы было сделать так: первый тайм наши в майках, любимого цвета, чтобы не подстраиваться под всяких голландцев, а соперники - вобще без маек, во втором - наоборот. А то ведь плечи, какие плечи у Жиркова.
Ну и как всегда: машину хочется, мужика и теперь ещё кубок. Последнее года через четыре - как раз.
Выбор между итальянским языком и испанским сделан: нахрен испанский.

всё хорошо. спокойной ночи)

- Почему вы, русские, так мало улыбаетесь?
- Нам не надо быть настолько конкурентноспособными, - сказала я мрачно. - Всё равно мы нация лузеров.

Я, вообще, зашла в художку за мэтром средневекового испанского плутовского романа Фциско де Кеведо. А вышла оттуда с Пелевиным. Случайно. Просто обложка голубая была, книжка стояла на виду, и фамилия автора вроде-бы-Митя-что-то-говорил-а-я-не-читала.
Небо, солнце, мальчики-девочки, любовь-каркаде, путин-не путин,  жить или не жить - а тут оборотень,  азиатская дветысячелетней древности небесной красоты девочка с лисьм хвостом. В общем на пятнадцатой странице я книгу закрыла и открыла Тургенева. Дочитать-то нужно, по подряд невозможно все 400 страниц, культурный шок. 
Тургенев, он, Берсенева с Шубиным любит. Следит за их филоофствованием, жестами, страданиями и любит. А Пелевен в А Хули живет. И говорит за неё, сразу же предупреждая, что, мол, лисы сами думать не умеют, а лишь воспроизводят то, что когда-то услышали. Какой нынче в стране беспорядок, сплошные аппер-рэт,  хуй-сосаети и поклонники фрэйдо-кокаинной теории.
Но вовод-то всё один и тот же - жизнь это любовь. В неком истинном смысле слова. Людская любовь "в большинстве случаев телесное влечение и родительский инстинкт, помноженные на социальное тщеславие", а оборотневская любовь - она истинная. Правда эта мысль не очень понятна, учитывая что лисичка познала-таки Любовь только когда её решил её дветысячелетней девственности громадный, волосатый серый  волк-фсбэшник. В общем, в итоге в этом русском плутовском мире все как всегда старо, мило и очень по-женски.
Последние 250 страниц можно и без Тургенева.

Красивые гении. 
Красивые гении в отличие от красивых остальных, жутко припонтованно-навороченных и циничных по поводу того, что они не гении, в общении невероятно просты и приятны. 
А еще у него белые-белые зубы. и сплошные зрачки на белом фоне.

Мне можно. Ну и что, что я не разгружаю нью-йоркские грузовики с чипсами, не вылавливаю чешских бабулек из двухметровой глубины бассейна в Майами, не штукатурю потолок в доме какого-нибудь вашингтонского Тома и даже не разношу пиво в айрише. Я ж девушка. Мне летом позволительно любоваться на белоснежные зубы, искалякивать мушльтяшками белые листы и ничего больше не делать.

Я знаете какие 19 хочу... чтобы вот  2 бутылки болгарского вина без пластика - и я даже не помнила, что 19. Вообще ничего не помнила.

от 

kvadrar

 Оставьте комментарий и я:
1. скажу, почему я вас зафрендил/не зафрендил
2. скажу, какая песня/фильм напоминает мне про Вас
3. расскажу случайный факт про Вас
4. расскажу про своё первое воспоминание о Вас
5. скажу, какое животное/фрукт Вы мне напоминаете
6. спрошу что-то, что всегда хотел знать о Вас
7. Если я это сделаю, Вы должны сделать такой же пост в своём журнале.

Волшебниками-то не рождаются, ими становятся.

Он всегда чувствует, когда нужно снова появиться, чтобы Что-то не оборвалось. Достаточно одного слова. 
- Как дела? - Волшебно.  - Волшебная... 
И мне становится тепло-тепло. От такой банальности. Скажи это кто-нибудь другой, тут же перестала бы общаться, поставив диагноз "глупость".